Просмотров: 773

История вашей семьи.

Председатель Общественной организации “Фонд Таганрог Исторический” к.т.н. Павленко И.Е. Ключевые слова: семья, предки, самоуважение, история, Россия. “История предков всегда любопытна для того, кто достоин иметь Отечество” – слова Николая Михайловича Карамзина. Знание истории своей семьи – важное слагаемое достоинства человека, его самоуважения. Вовремя расспросите дедушек и бабушек, покопайтесь в городском архиве, поищите в Интернете – откроются интереснейшие и важные страницы жизни родных людей. Совсем недалекие предки оказываются участниками грандиозных событий, современниками, соседями или знакомыми исторических личностей. Возникает не пафосное понимание единства собственной судьбы с судьбой города, страны. Люди привыкли думать, что прекрасное, значительное происходит где-то далеко. И скорее всего – за границей. Это детское заблуждение. Димитрий Сергеевич Лихачев писал: «Ни одна страна в мире не окружена такими противоречивыми мифами о ее истории, как Россия, и ни один народ в мире так по-разному не оценивается, как русский.” Мы родились здесь, и ничего нет ближе и интереснее истории своих прадедов, и никто не зафиксирует эту историю точнее нас.
 

Посвящается светлой памяти наших достойных предков

История моей семьи

Написана ДИ. Павленко в ноябре 2012г. на основании воспоминании старшего поколения семей Павленко, Соловьёвых и Брезгулевских. Генеалогическое дерево составлено: – Л .Г Павленко (урожд. Брезгулевской) и ИЕ. Павленко в 1977г. в части рода Павленко – Соловьевы х, Брезгулевских – Лисица – Садило на основании воспоминаний дед ушек, бабушек и прабабушек. – А.Е. Павленко в 2006г. в части рода Павленко -Котенко по данным посемейных списков переписи 1912г., ревизских сказок разных лет, описей недвижимого имущества г. Таганрога. Оформлено графически Д.И Павленко в ноябре 2010 г.
Наш дом, февраль 1987 год
Историю семь и Павленко стало возможным документально проследить с начала ХХ века. Согласно архивным записям отдела ЗАГС г.Таганрога в 1913г. по адресу переулок Короткий (впоследствии пере именованном в Кузнечный проезд), дом 6 проживала Павленко Фекла Евдокимовна (1840 1920). Домовладение принадлежало ей с 1907 – 1908 г. г. Скорее всего, она приехала в Таганрог из Амвросiевской волости, ее родители были крестьянами. Фекла Евдокимовна в описи имущества за 1908г. числится как вдова, девичья фамилия неизвестна. О муже ее Михаиле Павленко не сохранилось никаких сведений. От этих людей мы и считаем начало рода Павленко, прож ивающего уже более ста лет в тихом переулке г. Таганрога. Домовладение по адресу Кузнечный проезд, дом №6 по праву можно считать Родовым гнездом нашей семьи.
В 50-е годы левее нашего дома на противоположной стороне переулка еще сохранялась закрытая кузня, летом переулок зарастал травой, в которой ходили петухи и куры. В 60-е годы на четной стороне появился асфальтированный тротуар, который в 90-е годы начал местами разрушаться, и сегодня им почти не пользуются.Сейчас Кузнечный проезд – географический центр города, а в то время, когда жила Фекла Евдокимовна, это была окраина. Он был одним из переулков района «Собачеевка», наз ванного так по причине множества обитавших здесь домашних и бродячих собак. Тогдашнее население, в основном – беднота: «драгали» (возчики, то есть зарабатывавшие извозом на телегах) , кузнецы, мелкие торговцы и люди без определенных занятий.
Сын Феклы Евдокимовой Никандр Михайлович (1874 – 1946) обвенчался с Домной Герасимовной, урожденной Котенка (1878 – 1957) 15.08.1917г. в Iоакимо-Аннекнской церкви (Богоотеческой) слободы Алексеевки Таганрогского округа (7 верст от поселка Матвеев-Курган) . По профессии Никандр Михайлович был слесарем, Домна Герасимовна домохозяйкой. В их браке родились двое детей: сын Евгений и дочь Наташа. Глядя на фотографию 1930 года, пытаешься представить себе, как жили эти люди, услышать их голоса, шаги по дорожкам сада (до вольно большого – 9 соток), представить себе их быт , летние чаепития из самовара во дворе с пирожками из домашних фруктов, как выживала семья в период войн, смен власти, немецких оккупаций после Брестского Мира и в Великую Отечественную войну.
Никандр Михайлович и Домна Герасимовна с детьми Женей, Наташей и Алешей в саду своего дома №б по Кузнечному проезду. 1930 год. / В белой рубашке и галстуке – Алеша Толоманенко, сын Домны Герасимовны от первого брака, стал. впоследствии строителем, директором треста в г .Керчи, где его именем названа улица!
Летом 1934 года, спасаясь от голода на Украине, в Таганрог приехала семья Соловьёва Ивана Григорьевича (жена Наталья Евсеевна, дети Саша и Надя). Иван Григорьевич Соловьёв (28.06.1892 – 11.04.1980) родился в крепкой крестьянской семье в Екатеринославской губернии. Его отец, Григорий Самойлович с детства рос трудолюбивым, и в юношеские годы на него обратил внимание зажиточный крестьянин, чья дочь Матрена была маленькой и некрасивой. «Беспартошный, но трудяга, много за дочку не дам, а полсотни десятин выделю» – решил он. И стал «парубок Грицько» Григорием Самойловичем для богатых, но не для своих односельчан. В его семье жили «за своих» сельские подростки – дети погибших на японской войне, а то и безвременно осиротевшие кормились с его нерушимой воли. Он всегда стоял за односельчан, потомков крепостных пана Манвелова (один из таких подростков спас его в 30-е годы от репрессии, став председателя колхоза и не забыв добра). Дед Ивана Григорьевича – Самойл Соловьёв был выменян на собак паном Манвеловым у князя Вор-Дашкова в далекой барской усадьбе под Курском. Бабка Александра Матвеевна была крепостной. Жена Ивана Григорьевича – Наталья Евсеевна Шляховая (15.08.1894 – 09.07.1973) – также из большой и зажиточной крестьянской семьи (из бывших государственных крестьян), жившей в 40 верстах. Первый сын у них умер. Во время Первой мировой войны Иван Григорьевич был призван в армию. С местным воинским комиссаром удалось «договориться» и Иван Григорьевич, имевший каллиграфический почерк, был определен в писари, служил в штабе (1916 год) генерала А.А. Брусилова (дослужился до «чиновника военного времени») и затем в штабных подразделениях Красной Армии до самого 1922 года. Избирался в Совет солдатских депутатов. Вернувшись с войны в родное село Манвеловка, начал, как и его родители, крестьянствовать. Отец, Григорий Самойлович выделил сыну участок на своей земле. Присмотрев в городе небольшой дом из белого силикатного кирпича под железной оцинкованной крышей, Иван Григорьевич купил его и, разобрав, перевез и поставил на родительской земле. В этом доме у Ивана Григорьевича и Натальи Евсеевны родились дети Саша и Надя. В трех километрах от дома находилась начальная 4-х летняя школа. Здесь брат и сестра научились читать, познакомились с арифметикой и словесностью. Из детства им часто вспоминались устланные пахучим сеном полы, добротные лавки вдоль стен, обширный стол на толстых деревянных ногах и большая керосиновая лампа, подвешенная над ним за крючок. И еще им помнилась заснеженная зимой дорога к селу, а летом – душистые травы на лугах и косогорах, налитые золотые колосья пшеницы и ячменя, мелководная речка Чаплинка, берега которой были в плакучих ивах. Саша и Надя использовали в качестве лодки деревянное корыто, а рыбу – вьюнков, ловили лукошком, которое тащили на веревке. И всю свою жизнь им чудился колокольный звон сельской церкви. Трижды налетавшие банды, забрав лошадей, или не найдя их, уводили Ивана Григорьевича из дома «кончать», но избив, отпускали. Когда установилась Советская власть, жизнь вначале наладилась, но потом пришла коллективизация и голод (шел 1931 год). Отец Ивана Григорьевича – Григорий Самойлович, как владелец английской молотилки “Эльворти” и зерноочистительной машины “Триер”, сельским комитетом бедноты объявлен кулаком-нэпманом. Все его хозяйство конфисковали за «неуплату» налога. Но арестован, как сказано выше, он не был. Умер и похоронен Григорий в родной Манвеловке. Сам Иван Григорьевич по натуре не был крестьянином и понял, что шансов выжить на селе у его семьи мало. Кирпичный дом и землю пришлось безвозмездно сдать в колхоз – такова была цена «свободы». Семья отправились искать лучшей жизни в Екатеринослав (Днепропетровск), где Ивана Григорьевича арестовали, как беглого кулака. Наталья Евсеевна вернулась в Манвеловку и привезла в НКВД справку с 140 подписями односельчан о том, что «хозяйство середняцкое и полностью сдано в колхоз». Мужа отпустили. Весной 1933 года голод на Украине косил людей хуже тифа. В пригороде Днепропетровска на улицах лежали опухшие от голода люди. Соловьёвы сняли старенький флигель, перебивались случайными заработками. Постоянной работы не было, голодали. Собрав нехитрые пожитки, направились на поиски счастья в Донбасс. В городе Макеевка Иван Григорьевич устроился весовщиком на железнодорожной станции. Но опять начались вызовы в НКВД и наконец, один следователь прямо ему сказал: «Уезжай, пишет на тебя человек!». Потом были Харцызк, Иловайск и Мариуполь – везде не было постоянной работы и не отпускал голод. В Мариуполе Соловьёвы прожили на частной квартире недолго. Прослышав на базаре, что неплохо люди живут в Таганроге, семья вновь решается на переезд. Старшему сыну Саше запомнилось плавание на колесном пароходе, на грязной палубе которого вповалку сидели и лежали мешочники (кто куда, кто зачем). Иван Григорьевич быстро находит работу на Таганрогском металлургическом заводе в отделе снабжения. Сначала жили «по квартирам». Потом сумели выкормить две свиньи и на вырученные деньги купили третью часть дома №4 по Кузнечному проезду рядом с семьей Павленко. Это были 2 комнатенки с земляным полом ниже уровня улицы и низким потолком (крышу подняли и нарастили саманные стены получилось около 2 м высоты). Вторую «треть» купил Гавриил Григорьевич Соловьёв с семьей, приехавший с Украины в Таганрог вслед за старшим братом Иваном. Третья часть дома принадлежала беспокойной семье Таганрогских старожилов без определенных занятий. Здесь Соловьёвы пережили войну и оккупацию.
Григорий Самойлов Соловьёв (г. р. 1867) и Матрена Захарова Швыдченко (г. р. 1869) 1937 год
Иван Григорьевич и Наталья Евсеевна с детьми Сашей и Надей. 1940 год.
В начале 50-х, скопив некоторую сумму денег, Соловьёвы купили небольшой дом по 7-му переулку. Заработки сына – профессора А.И. Соловьёва позволили в 60-е годы на его месте построить дом с мансардой. Иван Григорьевич на этой стройке был «прорабом» – хозяйская жилка нашла, наконец, достойное дело, и он трудился с упоением. Иван Григорьевич и Наталья Евсеевна имели в новом доме 2-х комнатную квартиру (вход со двора), а Александр Иванович с женой Инной Владимировной и дочкой Эммой-3-х комнатную квартиру с мансардой.
Дом Соловьёвых. 1952 год
Иван Григорьевич и Наталья Евсеевна. Начало 70-х.
Несмотря на все невзгоды, Иван Григорьевич и Наталья Евсеевна сумели дать своим детям образование. Александр Иванович во время войны учился в Сталинградском танковом училище, после эвакуации которого в Свердловск в этом же училище преподавал (звание инженер-капитан танковых войск Советской Армии). В военных действиях участия не принимал, но осенью 1941 года под холодным дождем рыл окопы и строил блиндажи по линии Южного фронта, а зимой 1941-42 года на берегу Волги в метель вместе с другими курсантами училища прокладывал железнодорожную ветку; участвовал в сборке танков Т-34 на тракторном заводе. После войны снова родной Таганрог. Александр Иванович стал доктором технических наук, профессором Таганрогского радиотехнического института, автором многих книг по своей специальности, а также об Азовском море, которое он обошел в 80-е годы под парусом на своем вельботе. 30 лет заведовал кафедрой механики, был проректором института по науке, председателем городского общества «Знание». Ему пришлось пережить смерть сначала единственной дочери, потом жены, похоронить родителей. Посетили его и другие нежданные удары судьбы. Было и светлое событие. Он встретил Нину Ильиничну, которая стала его женой, другом и верным помощником. Последние 15 лет жизни рядом с Александром Ивановичем был преданный и понимающий его человек. Умер Александр Иванович после 5-го инфаркта.
Александр Соловьёв и Евгений Павленко. 1940 год. В юношеские годы Женя Павленко и Саша Соловьёв дружили. Впоследствии поддерживали уважительные родственные отношения.
“Танкоград “, г. Свердловск. 1944 год (на фото крайний справа)
С женой Инной. 1944 год
Отец и дочь. 1967год. Как и ее отец, Эмма посвятила свою жизнь изучению точных наук, работала вместе с отцом. Ее семейная, жизнь была несчастливой, она рано умерла, что явwzось огромной трагедией для Александра Ивановича.
Рабочее место Александра Ивановича /уголок в музее ТРТИ/
Надежда Ивановна Соловьёва (07.02.1924 — 08.08.2003) закончила школу в 1941 году, ланировала поступать в институт, но помешала воина. Годы оккупац ии юная Надя провела в городе с родителями, долгое время скрывалась от угона в Германию у подруж ки в селе Николаевка. После освобож дения Таганрога Надя Соловьёва работала в райкоме комсомола, поступила в Учительский институт, а потом на исторически й факультет Ростовского университета, окончив которы й работала в 23-й, 24-й и 15-й школах Таганрога, прекрасно знала свой пре дмет, много читала и преподавала историю интересно, о чем всегда вспоминали ее выпускники. Была человеком глубоким, тонко чувствующим, стойким и исключительно надеж ным, Учителем с большой буквы , неоднократно избиралась парторгом школы.
Надя Соловьёва. 28 июля 1942 года

Из дневника:

Март 1943 года. Таганрог оккупирован немцами. Надя живет у знакомых в селе Николаевка, скрываясь от угона в Германию. Ей 19лет. «Был пасмурный, неприятны й день. Улиц ы уже просохли и ветер поднимал облака пыли, засыпавшие глаза. В белых мазанках вздыхали, переговаривались с ужасом в голосе люди. На главной улице по приказу из Ортскомендатуры воздвигали виселицу. Еще точно не знали, кто будет повешен -или арестованные коммунисты, или заподозренные в партизанстве. На главной улице собирался уже народ. На крыльце одного дома расположились немецкие солдаты, недалеко – виселица. Откуда-то выскочили на прекрасных конях три офицера. Один из них был в форме из маскировочного материала. Эта группа представляла собой типичных фашистов. Вся улица была иллюстрацией к картине захвата русской деревни гитлеровцами. Офицеры проскакали вдоль по улице, остановились у ближнего перекрестка, о чем-то разговаривая и снова повернули к виселице. Был ветер, было холодно, а на душе бьиzо еще хуже, еще ярче чувствовалось положение рабов, было необыкновенно тяжело чувствовать напыщенное свинство и высокомерие победителей. Девушки промерзли и поспешили вернуться. Придя домой они стали петь, что делали всегда – было ли им весело или грустно. Надя очень любила эти песни своей подруги – о погибшем милом, покинутой девушке и всегда охотно подтягивала своей подруге. Через некоторое время вернулась хозяйка. «Ну, вы дож дались?» – спросила она. «А Вы все видели?» – «Ни, нэ могла». Безвинны й человек, кто может сказать за него плохое? Вывели – руки скручены за спиной. Подвели к виселице, стали завязывать глаза – в толпе раздались рыдания. Это его семья – у.ж и не знаю, как они узнали. Подвели к скамейке, он сам встал, одели петлю на шею, выбили табуретку с под ног – и только он успел повиснуть ему выстрелили в затылок. Кровь хлынула на плечи, лицо и стала стекать на землю. Возле виселицы выстроили девушек, мужчин и женщин, которые yшлu с земляных работ в Самбеке и Кошкина. Утром мимо наших окон вели под руки его плачущую сестру – это ничего, что брат ее вчера повешен. Она должна идти копать у Самбека окопы. Его повесили в назидание другим, чтобы не уходили с работ». 18 мая 1943года. «Как давно я не писала! Очень интересно все это написать, но жалко, так как поделившись хотя бы с дневником я этим обедняю себя. Но все-таки напишу, потому что молчать я не могу об этом. Вчера возвращалась с Николаевки и в половине 6-го бьиzа недалеко от вокзала. Напротив спешат на завод люди. Вдруг появился мужчина, я его увидела, когда он бьиz уже возле меня. Глянула ему в лицо, и оно показалось мне очень знакомым. Фуражка надвинута на левый глаз, сам небольшого роста – да ведь это русский летчик, которого я посещала в больнице вместе с Инной! Мы встретились глазами и он моментально опустил их -он узнал меня! Все это произошло в одну минуту. Никто бы со стороны не подумал, что мы узнали друг друга. Когда я почувствовала, что он отошел далеко – я огl/5lнулась. Он шел свободно в старой излатанной рубахе, старых брюках – вид рабочего. Мне все же не верилось, что это был летчик. Я сразу решила, что сегодня же отправлюсь в больницу, у меня даже дух захватило! К пяти часам мне нужно бьиzо идти в библиотеку. Я зашла в больницу (сейчас это больница No3 на Красном переулке). У ворот сидел старичок, я еще ког да носила летчику передачи, так он всегда пропускал нас. «Ну что, дедушка, выздоровел русский летчик?» – «Э-э, ушел сегодня утром, детка! Ушел в 5 часов. Тут такой переполох был! Кинулись, а его и след простыл!» – «Да не может быть!» – а у самой дух захватывает от радости. – «Я еще сегодня утром заметил, что-то он мечется, все да выскакивает. Видно принесли ему переодеться. Вчера одна такая интересная дама приходила, держала в руках поря дочны й сверток – видно, это она и принесла одежду. Да. Пусть идет. Вот только бы документы у него были. Хоть бы счастливо выбрался. Трудно это». – «А милиция, дедушка?» – «Да спали они», – смеется дед. У меня прямо дух перехватывает. Сказав еще несколько незначительных фраз я отправляюсь в библиотеку. Меня так и подмывает рассмеяться в лица идущих мне навстречу немцев. Мне так легко! И наша победа мне кажется ближе, надежда моя крепнет. Я заставляла себя сдерживаться от улыбки и переполнявшего меня восторга … » 15 июня 1943 года. До освобождения еще полтора месяца. «Я часто задумываюсь над вопросом: существует ли в жизни любовь – именно любовь настоящая, ког да все забываешь на свете и вся жизнь кажется только лишь в нем одном? Я думаю, что существует только лишь для людей красивых очень, а все остальные только играют в любовь. Для того чтобы влюбиться (чтобы в тебя влюбились) нужно иметь необыкновенный характер или быть очень красивой. А иногда я думаю иначе – и именно так я убеж даю себя думать, это, по-моему, правильнее всего. Все люди достойны одинаково настоящей, чистой любви – и красивые, и некрасивые. Только эта любовь будет, все-таки, различная. Любовь одинакова – но только каждый перестраивает ее на свой лад. Каждый человек должен надеяться, что его полюбят, и он будет прав. Потому что любовь – это самое дорогое украшение жизни людей. Без нее жизнь бьиzа бы скучной и ужасно однообразной, все бы, наверное, прокисли. Если человеку некого любить – ему не к чему стремиться,, жизнь его становится, бесцельной. Я думаю, что Таганрог – это проклятый город, это могила, из которой не выберешься. В городе кошмар. Расстрелы. Аресты. Высылки. Все на учете, даже шаг каж ды й. Ужасно огромна свора полицейских».   Старшая дочь Никандра Михайловича и Домны Герасимовны Павленко Наташа (08.09.1918-хх.10.1985) закончила Таганрогскую среднюю школу№8, потом поступила в Ростовский институт инженеров дорожного транспорта, вышла за.муж, работала экономистом на таганрогском комбайновом заводе. У нее родились дети Галина (13.02.1949) и Александр (14.06.1958). Оба они стали профессиональными музыкантами. Младший сын Евгений (06.07.1921 – 14.10.1994) окончил 7 классов школы №8, Таганрогский авиационный техникум и в 1940-м году поступил технологом на авиационный завод им. Димитрова. Увлекался футболом, писал стихи, участвовал в самодеятельности. Во время Великой Отечественной войны вместе с заводом эвакуировался в Тбилиси и работал технологом на винтомоторном участке – завод выпускал истребители ЯК-1, ЛАIТ, ЯК-3. Ему очень хотелось быть фронтовиком, но с завода не отпускали. В 1945 году Женя вернулся в Таганрог с открытой формой туберкулеза -сказалось постоянное недоедание, переработки рабочих смен, при росте 178 см он весил 56 кг. Дома здоровье постепенно наладилось. Женя поступил на заочное отделение Учительского института. В голодные послевоенные годы он стал основным работником в семье -родители были пожилыми людьми, сестра Наташа училась в Ростове – сначала трудился инженером, потом главным инженером Горместпрома. При этом приходилось еще ездить на Кубань за продуктами, дома молоть зерно на ручной мельнице. В 1946 году, так и не дожив до отмены карточек, умер его отец Никандр Михайлович Павленко. Мама Домна Герасимовна умерла в 1956 году. В 1948 году Евгений женился на Надежде Соловьёвой, они прожили в любви и согласии всю жизнь. 7 мая 1949г. у них родился сын Игорь, 8 августа 1962г. – второй сын Саша. С самого рождения мама и папа, дедушка и бабушка стали для братьев самыми близкими, глубоко уважаемыми людьми.
Евгений Никандрович и Надежда Ивановна с Игорьком. Яхт-клуб. 1953 год
Надежда Ивановна с младшим сыном. Фото конца 60-х. Сзади – дом, в котором жила семья Соловьёвых до войны в послевоенные годы обложен кирпичом.
Евгений Никандрович и Надежда Ивановна с детьми Игорем и Сашей. 1970 год
В 1966г. Евгений Никандрович защитил кандидатскую диссертацию по истории профсоюзного движения. 30 лет работал деканом сначала музыкально­педагогического факультета, а затем факультета начальных классов (по словам профессора Галины Геннадьевны Инфантовой это был «Золотой Век» факультета). Вел большую организационно-педагогическую работу в институте и школах города, неоднократно избирался секретарем парторганизации института. Его статьи по вопросам истории и образования печатала «Таганрогская правда». Имея абсолютный музыкальный слух, играл на мандолине, прекрасно танцевал, писал и стихи. Был спортивным, физически сильным человеком. Активная жизненная позиция, трудолюбие и духовная щедрость снискали Евгению Никандровичу глубокое уважение и признательность коллег и студентов. Он был удостоен звания «Отличник народного просвещения» и других наград. Евгений Никандрович принадлежал к многочисленному отряду светлых людей-тружеников, живших по одной правде. Крушение Советского Союза и коммунистической идеологии пережил тяжело, но осознанно. Будучи гуманитарием, Евгений Никандрович в своей семье был настоящим хозяином: построил два дома (один подарил старшему сыну Игорю, другой перешел по наследству младшему Александру), провел на домовладение водопровод и газ, занимался садом. Как муж и отец отвечал самым высоким требованиям и продолжает оставаться образцом для своих сыновей. Семья Евгения Никандровича и Надежды Ивановны без всякого преувеличения -образцовая. Она была сильна любовью, взаимным уважением, честностью, Надежда Ивановна буквально строила интеллигентную, культурную семью с добрыми традициями. Здесь все было направлено на воспитание и развитие детей: интересные поездки, подбор и обсуждение книг, шитье маскарадных костюмов. Детям и внукам привили любовь к истории родного края, страны.
Игорь и Саша. 1980 год
Игорь окончил Таганрогскую школу №15 с золотой медалью. Когда мальчишки играли в футбол, он шел на частные уроки английского языка. Теплую дружбу со многими одноклассниками сохранил, они и сейчас встречаются, хотя живут в разных городах. С 1966 по 1975гг. учился в Таганрогском радиотехническом институте, кроме этого заочно окончил иняз пединститута. Во время учебы в ТРТИ состоял внештатным сотрудником угрозыска, членом подводного клуба «Барракуда», занимался греблей и парусом на ялах, ходил в горы. Многие одногруппники жили в общежитии, поэтому «охотничий домик» (2-х комнатный флигель) на Кузнечном проезде служил местом их увеселений. Здесь слушали катушечный магнитофон «Комета», снимали любительские фильмы, во дворе фехтовали. В анкете, проведенной в группе, большинство студентов отметило Игоря как самого надежного друга. Таким он и остается. В нашем доме побывали почти все бывшие студенты группы А-96 с семьями, я подружился с их детьми. Работа в ОКБ «Миус» после распределения не пришлась папе по душе, по комсомольской путевке он пошел на комбайновый завод за настоящим инженерным делом, поступил в заочную аспирантуру в Ростовский институт селысоз.машиностроения. На заводе «Прибой» папа был заместителем главного технолога. В СКБ «Виброприбор» – начальником лаборатории пьезодатчиков. 29 ноября 1975г. он привел в свой дом Брезгулевскую Ларису Геннадиевну (г.р. 15.01.1951), ставшую моей мамой. Хорошо, что времена изменились, а то бы этого всего могло и не быть, поскольку дата свадьбы совпала с партийной конференцией, делегатом которой была мама. Старая большевичка М.И Шахматова заявила, что «свадьба подождет, а делегат Брезгулевская обязана присутствовать на Партконференции». К счастью, большинство коллег высказалось за приоритет молодой семьи! Работая на заводе «Прибой», папа пишет (ночами) и защищает (через 9 лет) кандидатскую диссертацию (1984г.) по вибродиагностике шлифования. Вечерами мне хотелось поиграть с ним и с мамой, но вместо этого я смотрел, как они, по очереди диктуя друг другу тексты своих работ, печатали на пишущей машинке в своем кабинете-спальне. В 1991 году СКБ «Виброприбор» как и многие предприятия страны после развала Союза приходит в упадок и в 1992 году, чтобы обеспечить семье достойный уровень жизни и поддержать родителей-пенсионеров, папа уходит в бизнес. Инженер по призванию он создает совместное предприятие с индусами, продает вагоны чая, телевизоров, лекарства, занимается производством черепицы, сотрудничает с компаниями «Saybolt», «lдfarge» и др. Отдушиной для него стало создание в 2006 году фонда «Таганрог исторический», вместе с единомышленниками папа установил на Пушкинской набережной нашего города памятник создателям Таганрога, как первой морской базы России. Младший брат Саша окончил среднюю школу №9 и в 1984 году окончил англо­испанское отделение факультета иностранных языков Таганрогского пединститута, самостоятельно выучил итальянскии язык. По окончании учебы женился на Анисимовой Галине Владимировне (г.р. 06.02.1959). 13 сентября 1988г. у них родилась дочь Оля. Защитил кандидатскую и докторскую диссертации по филологии. В своей области стал известным ученым. Моя мама, Брезгулевская Лариса Геннадиевна (г.р. 15.01.1951г.) приехала поступать в Таганрогский пединститут из г.Мариуполя, где закончила школу с золотой медалью. В этом городе в доме 54 на улице Краснофлотской прошли ее школьные годы. Семья жила очень скромно. Не было холодильника, телевизора. Печь топили углем. Бабушка Женя из года в год отказывалась от отпуска, чтобы обеспечить проживание семьи. А бабушка Лида отвечала не только за домашнее хозяйство, но и за внучкины «полеты во сне и наяву», растила ей крылья мечты, мечты жить, не боясь улыбаться, жить с выпрямленной спиной. Она часто наставляла: «А ты, Ларочка, докажи им всем!», наверное, имея в виду, что и мы люди, а не получеловеки. Очень расстраивалась, когда внучка была избрана председателем совета дружины школьной пионерской организации, а потом секретарем комитета комсомола школы. Пережитое в молодости откликалось тревогой, что власть переменится, и внучка пострадает. Но девочку не интересовали карьерные вопросы, ей нравилось учиться. У нее была своя комната, свой письменный стол, где она была «владычицей морской», читала малопонятную физику и химию, удивлялась, как бестолково написаны многие учебники, продумывала план, по которому она бы доступно излагала материал своим студентам в качестве доцента (новое слово из рассказа Анатолия Алексина очень пришлось ей по душе). Иногда мама доставала из шифоньера чемодан и репетировала перед зеркалом поездку в институт. Бабушка мечтала, чтобы мама поступила в МГУ, но поняла, что не осилит учить дочь далеко от дома. Тогда и зазвучало ранее не слыханное название города Таганрог, а в семье появился поросенок Рафаэль, тушенка из которого поддерживала весь первый курс. Выбором дела жизни мама обязана своему Учителю – Марии Михайловне Груман, которая не только блестяще знала английский, но была человеком энциклопедических знаний в разных областях культуры. Мне посчастливилось быть знакомым с ней, потому что мама впоследствии учила в пединституте ее дочь Зою. Мария Михайловна удовлетворенно провозглашала: «Учитель, воспитай ученика, чтоб было у кого учиться». Впоследствии мама подготовила диссертацию по языку сибирской народности кетов. Для сбора материала ездила в экспедицию в район Подкаменной Тунгуски, о чем рассказывала много удивительного.
Вот так выглядит этот дом и двор спустя 5 О лет. Фото 201 О года.
История маминои семьи – иллюстрация одной из драматических страниц истории нашей страны. Род Брезгулевских берет свое начало от Ивана Иосифовича Брезгулевского (1847 – 1932). О нем известно, что в 1865 г. он был выслан из Польши (в то время Польша входила в состав Российской империи) за революционную деятельность в Оренбургскую губернию. В деревне Варшавка Челябинской области Карталинского уезда вступил в уральские казаки. Имя супруги неизвестно. О родителях также нет сведений. Отец и дед моей мамы были служащими. Павел Алексеевич (1902 – 1976) служил на железной дороге, Августа Георгиевна (1906 – 198Х} родила двоих сыновей и дочь. Чтобы выжить, держали корову, кур. Старший сын Геннадий (отец моей мамы) был техником-лейтенантом на железной дороге. Он прекрасно играл на аккордеоне, пел, был удивительно общительным и жизнелюбивым. Увы, трагически погиб на железной дороге в двадцать пять лет, не исполнив свою мечту иметь как минимум троих детей. Моей маме было тогда всего пять недель, и впоследствии она звала Павла Алексеевича «папа-деда». Это был очень добрый человек, катал внучку на загривке, брал с собою в гости к казахам пить чай. Бабушка Августа слыла говоруньей, звала внучку морковьей шанежкой, утверждала, что всему умеет научить, потому что имеет представление как это делать. Мне было два года, когда она приезжала в Таганрог. Скорее по рассказам мамы я помню это событие. Брезгулевские всегда роднились, не забывали семью старшего сына. Тетя Люда с дочерью Галей и племянницей Валей не поленились приехать с западной Украины. Дя,дя Женя приехал из Темиртау в дом отдыха «Красный десант», чтобы проведать племянницу (крестницу).
Павел Алексеевич и Августа Георгиевна. 50-е годы.
По женской линии мамины предки из крестьян (Лисица и Новиковы) и кубанских казаков (Садыло). Мамин прадед Александр Васильевич Садыло (1867 -1936) – кубанский казак, есаул. За воинскую доблесть он получил дворянский титул и земельный надел, где сам и домочадцы работали очень много. В семье было четыре дочери, моя прабабушка Лида была младшей и имела привилегию выбирать себе работу. Смекалистая девочка вооружалась длинной палкой с гвоздиком и подталкивала телят с пастбища в стойло, наелись мол, домой хотят. Секрет был раскрыт и перевели Лидочку гусей пасти. Перед Рождеством их усаживали в сетки, кормили орехами. Дом наполштся предпраздничными хлопотами. На стол стелили большую голубую скатерть, с вечера выставляли желе в креманках, девчонки тайком любовались ими, а может и пробовали это колышащееся чудо. В святки запрягали лошадей, наносили визиты священнику, родственникам. Дед мамы Лисица Иван Федорович (1899 – 1937) уроженец станицы Ольгинка, Приморско-Ахтарского р-на Краснодарского края 24 апреля 1937 г. был арестован и постановлением тройки УНКВД по Азова-Черноморскому краю без ссылки на Закон за якобы имевшее место участие в контрреволюционной повстанческой организации на Кубани (был одним из руководителей организации, вербовал в нее новых лиц, осуществлял связь с другими повстанческими группами) подвергнут наказанию -расстрелу. Приговор приведен в исполнение 14 августа 1937г. в Ростове-на-Дону. Место захоронения неизвестно так как в то время места захоронения жертв репрессий не фиксировались. Постановлением Президиума Краснодарского краевого суда от 30 декабря 1957 года указанное постановление отменено и дело в его отношении закрыто за отсутствием состава преступления, то есть он полностью реабилитирован. Вплоть до 1991г. об этом ни жена Ивана Федоровича Лидия Александровна, ни дочь Евгения о его судьбе ничего не знали, так как на запросы «органы» не отвечали. До ареста Иван Федорович Лисица жил в станице Славянской, работал экспедитором в совхозе «Сад-Гигант». В браке с Лидией Александровной (12.07.1904 – 12.04.1993) , заключенном в 1922г. у него родились сын Александр (1923 – 198Х) и дочь Евгения (07.01.1926 – 16.06.2001). Когда началась воина, Лидию Александровну с дочерью Женей (как семью врага народа) выслали в Карагандинскую область республики Казахстан.
Иван Федорович и Лидия Александровна./Единственная сохранившееся фотография, 30-е годы/
Александр Иванович Лисица. 1943 год
Александр Иванович Лисица. 1970-е
Первое, что увидели Лидия Александровна с дочкой Женей, выйдя в Казахстане из теплушки – перекати-поле. И по степи, и в загородке – чеченцы, ингуши, немцы с Поволжья, латыши. Потом уже со всеми перезнакомились, со многими задружили. Вместе мазанки ставили, вместе колоски собирали, жевали зерно, не обращая внимания на распухающие от стерни языки. Лидия Александровна на новом месте вюtючилась в такую программу выживания, что сгинуть они не могли. Днем работала в птицетресте, вечером пекла пирожки, утром продавала их. Ночью строчила на машинке одежду из старых платков. Не Карден, а разлеталось на ура! Евгения Ивановна вспоминала, как руководивший высылкой офицер НКВД решительно снял швейную машинку со станка и завязал в большой платок: «Это заберите !». И с женщин спало оцепенение, у них есть двадцать четыре часа, чтобы собраться на новое место. Чего только не умела внучка есаула, дочь дворя нина, жена врага народа! Сумела даже, забыв гордость, поехать в соседний с Тельманским район, прослышав, что обосновался там с семьей Иван Лисица из репрессированных. Поехала не отбирать его у новой семьи, а убедиться, что жив. Не застала, в командировке был. А жена его не прогнала ее, выслушала, и только отчество все поправляла, не Федорович, а Николаевич. Фотографию показала, и стало ясно – однофамильцы. Только тогда обе в голос заревели. Всю ночь Лидия Александровна не сомкнула глаз, крахмальные простыни напоминали ставшую нереальнои прошлую счастливую жизнь.
Геннадий Павлович и Евгения Ивановна 1950 год
Ранние годы жизни маленькои Ларисы прошли в г. Актау (Белая гора) Карагандинской области. Когда стало возможно (как семье репрессированного), семья из трех женщин переехала в Мариуполь, где жила старшая сестра Лидии Александровны Клавдия Александровна У троих их четырех сестер мужья были репрессированы. Собираясь вместе, они толковали сны: бревна прибило к берегу, наши вернутся. Понятно, что жизнь Лидии Александровны и Евгении Ивановны никогда не была простой и легкой. Женя отучилась семестр в учительском институте, но безденежье и голод не позволили учиться дальше. Стала работать кассиром на железной дороге, выучилась на бухгалтера. Мечтала, что Ларочке даст высшее образование для работы в пищевой промышленности, чтобы ходила в белом халате и была при продуктах. Когда Ларочке исполнилось тринадцать лет, отказавшись в очередной раз от отпуска, Евгения Ивановна снарядила дочь к дедушке с бабушкой под Караганду и на папину могилу в Актау. Вся родня уже перебывала у них в Мариуполе, бесплатный билет железнодорожников привозил их к теплому морю. Девочка не чувствовала себя безродной, знала всю отцовскую родню. Двоюродный брат мужа даже сватался к Жене, и фамилию не пришлось бы менять. Носил Ларочку в ватном одеяле на «Тарзана», с тех пор у нее, наверное, отвращение ко всяким боевикам. Нет, так и остались они «три невесты» как говорила Ларочка, четко выговаривая «р» в свои три года. Она и не заметила, что выросла без отца – столько было в семье любви, внимания, стремл,ения к хорошему.
Ларочка с мамой. 1958 год
Лариса Брезгулевская — студентка ТГПИ. Сентябрь 1967 года
Лидия Александровна с внучкой. 1973 год
Мама и папа. 1975 год
Денису 1 год
В научной экспедиции — поселок Келлог Туруханского района. 1982 год.
Мне было пять лет, когда мама уехала в экспедицию в Сибирь собирать материал для диссертации по кетскому (бесписьменному) языку. Расставание для нас обоих было тяжелым. Мама сочинила тридцать сказок, чтобы каждый день в почтовом ящике я находил от нее привет. Когда пришло настоящее письмо, я порвал его на кусочки и закопал в саду в надежде, как Буратино, что оно прорастет большим количеством писем. Папа спохватился, когда полил дождь. Не знаю, что там сумели прочитать из вырытых клочков. Ко мне по очереди приезжали бабушка Лида и бабушка Женя. Помогала и бабушка Надя, а когда зимой 1983-84 года мама на 4 месяца уехала в Ленинград, работать в библиотеке, она повезла меня на неделю к маме. От этой поездки у меня остались впечатления на всю жизнь. Бабушка Лида была моей первой няней. Трудолюбие и беззаветная любовь к близким – ее основные черты. Ей было за семьдесят, когда я родился, и почти на год она переехала из Мариуполя к нам. За день успевала перестирать и перегладить пеленки, приготовить обед и многое другое. На ногах перенесла микроинфаркт, просто не умела жаловаться. С ней и бабушкой Женей мы были большими друзьями, хоть и жили в разных городах. Виделись каждый месяц. Их небольшая однокомнатная квартира на 6-м этаже 9-этажки стала для меня вторым домом. Несмотря на свой юный возраст, дедушку Ваню (Ивана Григорьевича) помню хорошо. Он приходил к нам по вечерам, и я бежал ему навстречу протягивая руки, зная, что он обязательно мне принес яблоко или пряник. Дедушка Женя научил играть меня в шахматы, привил любовь к пешим прогулкам, благодаря ему я написал несколько неплохих, на мой взгляд, стихотворений. Бабушка Надя открыла для меня мир истории. Она и папа много рассказывали о героическом проzшzом России, Таганроге, о древних греках и других народах. Родители с раннего возраста привила мне любовь к чтению, к английскому языку. Они сделали все возможное, чтобы дать мне образование. Всю свою жизнь родители ведут активный образ жизни, ставят перед собой высокие цели и достигают их. Так, защитив диссертации, родители решили улучшить наши жилищтzе условия. Летом 1988 года необходимая для строительства второго этажа сумма была собрана, большая часть взята взаймы у бабушки Жени (вскоре родители ее вернули, но она пропала в Сбербанке во время Перестройки). В августе бригада рабочих сняла железную крышу нашего дома и за 2 недели поставили каркас и крышу деревянной мансарды. На этой стройке работал не только папа. Мы с мамой помогали ему. Когда строители говорили «Игорь, завтра утром нужны будут доски», мы шли втроем на лесоторговую базу, папа отбирал необходимый строительный лес. Я с мамой оставались сторожить отобранное, а папа шел оплачивать товар, после чего грузили доски на конную бричку или на тележки и везли домой. Хорошо помню, как одну тележку нагрузили так, что один человек не мог ее вытолкать в горку по 2-му переулку. И тогда, как в сказке про репку, втроем взялись и вытащили тележку на горку. Потом вытащили вторую. На лесоскладе нас узнавали и однажды вахтер сказал папе, имея в виду нас с мамой: «Ты их горбатыми сделаешь!» После смерти бабушки Лиды, бабушка Женя осталась в Мариуполе одна. Решено было переезжать в Таганрог. Жилье на Украине после распада Советского Союза стоило гораздо дешевле, чем в России. Поэтому недостающие для покупки однокомнатной квартиры в Таганроге детги добавили мои родители. В середине 90-х папа сумел выкупить соседнее домовладение, то самое, где когда-то жили Соловьёвы. В начале 2000-х старый дом и сараи были разобраны и на их месте был построен гараж. Приусадебный участок родители превратили в уютный зеленый сад-огород-розарий под названием «Лора-парк». Мы всегда отдыхали вместе. Летом ’83 и ’84 года на неделю ездили в Феодосию и Качу (поселок рядом с Севастополем). Провели восхитительную неделю, живя у папиной троюродной сестры Надежды Николаевны Перелыгиной и ее мужа Владимира Прокофьевича в деревне Грузиново на берегу Миусского лимана. Их дом для меня и папы – одно из лучших мест на Земле. В 1994 году впервые поехали заграницу. Италия – Рим, Венеция и даже небольшой приморский городок Гроттамаре произвели на нас сильное впечатление. Потом были поездки в Египет – курорт Хургада, Каир, Луксор, погружение в воды Красного моря с аквалангом и Турцию (Анталия, Кемер). Сдав тест TOEFL в рамках деловой npoгpaммы сначала папа, а спустя год мама в течение месяца жили в Америке. После второго курса я на 11 дней ездил в Швейцарию в летний дом профессора теологии Нью-Йоркского университета. Обеспечив меня жильем и дав образование, родители уже вдвоем продолжили традицию путешествий. Вместе они открыли для себя большинство европеиских стран. Закончив 9 классов средней школы №9, я поступил в лицеи при радиотехническом университете. Потом, учась на факультете автоматики и телемеханики, получил широкую теоретическую подготовку, позволяющую ориентироваться во многих обласrпях знания. Однако как инженер я не работал ни дня. Мое второе образование более современное и «приземленное» – «экономист­менеджер» дает мне заработок и достаточно интересную работу. Вот уже 13 лет (по сути, треть жизни) я живу отдельно от родителей. Мое первое жилье в самостоятельной жизни – ]-комнатная квартира бабушки Жени в Таганроге. Со временем я ее продал и купил 2-х комнатную. Когда родился Андрей (28.06.2002г.), я стал гораздо лучше понимать родителей и их переживания обо мне. Дав Андрею перед школой начальный объем знаний, стараюсь уделять старше.му сыну время. К сожалению, не могу делать этого ежедневно, поскольку живем не вместе. Осетю 2007 года познакомился с прекрасной женщиной Ольгой Владимировной Онопко (по специальности она врач), 21 ноября 2009г. ставшей моей женой. Ее дочь от первого брака Марину я считаю и своей дочерью. 21.10.2010г. у нас родился сын Саша. Проработав 3 года в Таганрогском порту судовым агентом и около 2-х лет в сфере торговли, в настоящее время работаю на Металлургическом заводе в отделе маркетинга. С годами набираясь жизненного опыта, я понимаю в какой семье мне посчастливилось родиться. И глядя на своих сыновей Андрея и Александра, надеюсь, что они впитают в себя все лучшее, что есть у нас и продолжат добрые традиции рода Павленко. *** Смерть близких людей оставляет в сердце и душе неизглади.мую скорбь и печаль. Эта книга написана, пото.му что мы живущие, помним наших ушедших из жизни родных и хотим, чтобы память о них не ушла вместе с нами. Хочется, чтобы младшее поколение знало не только родителей, дедушек и бабушек, но и своих прадедов.
2 сентября 1979 года
На прогулке. Ноябрь 1979 года
Денис с прабабушками Лидой и Августой, мамой. Осень 1980 года
Во дворе. 1984 год
Денис и Оля. Ноябрь 2009 года
С сыновьями. 2 сентября 2011 года
С Андреем. Январь 2009 года
С Сашей в «Лора-парке». Июнь 2011 года